БЭСМ-6: как советский суперкомпьютер из 70-х правил бал в науке и космосе

27 октября 2025 года, 10:43

История появления вычислительной машины в Горьком, которая подняла престиж всего региона.

Системный программист Александра Черникова работает с БЭСМ-6. 1978 год. Источник: семейный архив Арабаджи В.А.

В этом году исполняется 50 лет с момента установки в Вычислительном центре Горьковского государственного университета (ГГУ, ныне ННГУ имени Н.И. Лобачевского) самой мощной вычислительной машины того времени — ЭВМ БЭСМ-6.

Этот огромный компьютер не только ускорил научную работу региона, но и стал ключевым звеном в цепочке оборонных и космических проектов страны. В Музее истории ННГУ до сих пор хранятся артефакты той эпохи — от перфокарт до платы памяти на магнитных сердечниках.

Многозадачный суперкомпьютер

БЭСМ-6 расшифровывается как большая электронно-счетная машина — 6. Эта советская оригинальная разработка, созданная в 1967 году в Институте точной механики и вычислительной техники АН СССР под руководством легендарного Сергея Лебедева, считалась своего рода суперкомпьютером тех времён.

Это была первая отечественная ЭВМ, предназначенная для масштабных научных и экономических задач, непосильных для вычислительных мощностей других машин того времени.

Такие суперкомпьютеры использовались в элитных центрах: от Москвы до секретного Арзамаса-16 (ныне Саров). В 1975-м именно БЭСМ-6 помогла координировать полет «Союз — Аполлон» — легендарную стыковку советского и американского кораблей, обрабатывая данные с нескольких спутников.

Перфолента для БЭСМ-6 содержала данные для машины и считывалась специальным устройством

Как Горьковский университет стал «вычислительной крепостью»

БЭСМ-6 не была предназначена для учебных заведений, она выпускалась для государственных нужд и научных центров.

В ГГУ этот суперкомпьютер появился не случайно: город Горький был крупным научно-образовательным центром СССР. А ГГУ — одним из ведущих вузов страны.

В 1974-м при ГГУ был создан Научно-исследовательский институт механики (НИИ механики). Инициатором его создания был ректор Андрей Угодчиков. Он одним из первых в СССР начал активное использование вычислительной техники для решения сложных задач механики. И стал первым директором организованного им НИИ механики.

Важно отметить, что кроме Угодчикова, создание НИИ механики лоббировали многие влиятельные люди, в том числе титан отечественной атомной промышленности Юлий Харитон.

Сама возможность создать НИИ механики была следствием деловых и научных связей ГГУ c Всесоюзным научно-исследовательским институтом экспериментальной физики в городе Арзамас-16 (ВНИИЭФ) и горьковским ОКБМ (ныне названное в честь Игоря Африкантова). Их сотрудничество велось в области исследования устойчивости ядерных реакторов.

И вот в 1975-м, ровно 50 лет назад, БЭСМ-6 установили в Вычислительном Центре Горьковского университета, который вошёл в состав НИИ механики. Поскольку в институте решались сложнейшие задачи, связанные с вооружением, получение ГГУ такого суперкомпьютера было более чем оправдано.

Дорогая машина

БЭСМ-6 весила примерно 10 тонн, причем почти полтора килограма из этого веса составляло золото. Неудивительно, что цена на неё была огромной: в конце 1960-х годов она стоила около 2,5 миллиона советских рублей, а в начале 1970-х — больше миллиона. За такую сумму можно было приобрести минимум сотню машин марки «Волга».

Тяжелая установка

О том, как проходил процесс установки БЭСМ-6 — этой поистине гигантской машины, корреспонденту ИА «Время Н» рассказал Юрий Васильевич Прокофьев, который в 1975 году был старшим инженером ВЦ НИИ механики.

«Было тяжело перемещать такие тяжелые объекты на четвертый этаж. Конечно, заранее был приготовлен тельферный отсек с подъемником. Но всего не предусмотришь. И тросы, которыми поднимали тележку с грузом, оказались чуть длиннее положенного, из-за чего тележка чуть-чуть не доходила до нужного этажа. Заведующий ВЦ Б.К. Горб сказал: „200 грамм спирта тому, кто решит проблему!“. Буквально через несколько минут начальник ЭВМ М-222 Анатолий Горелов предложил цеплять тележку не крючками, а петлями троса, в которые продевались крючки. Длина подвеса сразу сократилась на десять сантиметров, и машина встала на место», — рассказал Прокофьев.

БЭСМ-6: ударник вычислительного труда

«Особенностью БЭСМ-6 была скорость выполнения операций и мультизадачность. Генератор тактовых импульсов выдавал их с частотой 5,7 Мегагерц. Скорость эта, правда, зависела не только от генератора, но и от остальной „начинки“ БЭСМ-6. Все это позволяло БЭСМ-6 выполнять до одного миллиона операций в секунду (для сравнения, скорость выполнения БЭСМ-4 была 20 тысяч операций в секунду, М-222—27 тысяч операций в секунду). Бригада, что налаживала нашу БЭСМ-6 (из Новосибирска) называла цифру 750 тысяч операций в секунду, что тоже было очень неплохо», — отметил Юрий Прокофьев.

Быстродействие БЭСМ-6 достигалось использованием распараллеливания вычислительных процессов. Таким образом, одновременно в решении могло находиться несколько задач. Если одной задаче не хватает данных для решения, и она ждет их поступления, то тогда решается следующая задача. Таким образом, минимизировался простой.

Память на магнитных сердечниках. Она использовалась в более ранних моделях ЭВМ БЭСМ

Для обслуживания такой сложной машины, как БЭСМ-6, требовалась целая команда системных программистов. Это были высококвалифицированные специалисты — выпускники Горьковского университета.

БЭСМ-6 объективно была самой быстрой тиражируемой ЭВМ в СССР. И её установка в ГГУ подчёркивала престижность университета.

Конечно, в то время в стране существовали вычислительные машины, превосходящие БЭСМ-6 по скорости работы. Однако это были лишь секретные военные проекты вроде суперЭВМ М-10.

Для сравнения: на М-10 вычисления гидродинамики плазмы, занимавшие для БЭСМ-6 часы, производились за считанные минуты. Но в отличие от БЭСМ-6, эти суперЭВМ не были тиражируемыми машинами.

Стереть нельзя восстановить

Поскольку работа с такой габаритной машиной была не самой простой, случались и курьезы.

«Как-то один программист нечаянно стер с БЭСМ-6 стартовую программу и тем самым вырубил ЭВМ почти на сутки. Тем же вечером меня, как самого молодого и не сильно обремененного семьей, попросили подежурить. На случай вдруг я чего придумаю. Где-то после полуночи нашел колоду перфокарт, с которой можно было запустить БЭСМ-6 и начать работать. Но это было не то, неудобно и неправильно. Однако утром пришел А.И. Кудрявцев, который вдруг нашел магнитную ленту с программой запуска БЭСМ-6. Он объяснил, что часто видел какую-то бобину с магнитной лентой в руках у людей из группы установки БЭСМ-6. То есть он нашел ее исключительно по внешнему виду!» — поделился Юрий Прокофьев.

Наследие машины

БЭСМ-6 выпускали почти 20 лет, с 1968-го по 1987-й. Всего их произведено было более 350 штук.

В Горьковском университете эксплуатация БЭСМ-6 длилась до 1990 года. Музей истории ННГУ имени Н.И. Лобачевского хранит перфокарты, фотографии и документы эпохи легендарной машины. К сожалению, самой БЭСМ-6, на которой работали в ГГУ, так и не сохранилось.

Советский суперкомпьютер ушел в историю, но оставил богатое наследие. За годы работы на нем было накоплено огромное программное обеспечение.

«БЭСМ-6 — это все, что можно было выжать из полупроводниковой элементной базы, то есть из диодов и транзисторов», — подытожил Прокофьев.

Единственная сохранившаяся в рабочем состоянии БЭСМ-6 хранится в знаменитом музее науки Лондона (The Science Museum). Компьютер был выкуплен энтузиастом старинных вычислительных машин Дороном Суэйдом в 1992 году, когда на фоне экономического кризиса России 90-х стал возможен практически беспрепятственный вывоз технических артефактов из страны.

***

БЭСМ-6 никто так и не сумел окончательно отнести к какому-то определенному поколению ЭВМ. Эта машина работала на полупроводниковых транзисторах (а не на интегральных схемах), то есть в данном аспекте БЭСМ-6 относилась ко второму поколению ЭВМ. Хотя по архитектуре она опережала свое время и может быть также отнесена к машинам третьего поколения.

Автор: Виталий Арабаджи