Почему сахарный диабет — не «образ жизни»
17 февраля 2023 года, 10:38
Диабет нельзя отложить на время отпуска или празднования Нового года — он преследует своего «хозяина» круглосуточно.
Есть такая расхожая фраза «диабет — это образ жизни». Мол, это не совсем болезнь, не проблема со здоровьем, а просто некое состояние, с которым люди спокойно живут долгую и счастливую жизнь.
Возможно, это отчасти можно отнести к сахарному диабету 2 типа (хотя в этом всё равно присутствует изрядная доля цинизма), но уж про диабет 1 типа так категорически нельзя говорить.
Кстати, СД1 и СД2 — это два абсолютно разных заболевания, лишь по какой-то иронии судьбы получившие почти одинаковые названия, и из-за этого постоянно происходит путаница.
Так вот, диабет 1 типа — это аутоиммунное неизлечимое заболевание, которое не даёт забыть о себе ни на день. Диабет нельзя отложить на время отпуска или празднования Нового года — он преследует своего «хозяина» круглосуточно. Крайне негативно влияя на сосуды (при повышенном сахаре кровь становится «ядовитой»), он зачастую приводит к необратимым последствиям, самые тяжёлые из которых — это слепота, отказ почек и ампутация ног. Кроме того, в случае резкого падения уровня сахара в крови (а сахар у диабетика-первотипника живёт своей жизнью, прыгая от 1−2 до 20−30 ммоль/л, и, несмотря на все усилия, держать его под полным контролем — нереально) человек может в считанные минуты впасть в кому и умереть. Это может произойти в транспорте, на улице и даже во время сна в собственной кровати.
Если у здорового человека сахар сам держится на уровне 3,3—5,5 ммоль/л, поднимаясь максимум до 7,8 после еды, то при диабете это постоянные качели. И попасть в реанимацию диабетик может в любой момент — он всю жизнь ходит по лезвию бритвы.
А самое подлое то, что диабет 1 типа возникает почти всегда в детском и подростковом возрасте. Поджелудочная железа ребёнка по не установленным до сих пор причинам (учёные бьются над этой загадкой уже не первый век) перестаёт вырабатывать инсулин — и восстановить эту функцию больше невозможно. И здоровый ребёнок в один момент становится на всю жизнь зависимым от инсулина — так же, как от воды, еды и воздуха. «Образ жизни» — это круглосуточные измерения сахара (в том числе 3−4 раза ночью) и попытки удержать его в целевом диапазоне; к взвешиванию еды и подсчётам углеводов В КАЖДЫЙ ПРИЁМ ПИЩИ; к постоянным уколам инсулина — до 10−20 в сутки (на шприц-ручках); к болезненным проколам пальцев, которых также требуется делать до 10−15 в сутки, и пальцы превращаются от этого в незаживающее мясо.
А ещё от такого ребёнка чаще всего отказываются детские сады, потому что такого ребёнка сложно кормить, ему нужно присутствие медсестры, а хвалёная инклюзия у нас существует либо только на словах, либо для других заболеваний. И маленькие диабетики с их «всего-лишь-образом-жизни» не кажутся чиновникам достойными внимания — в отличие, например, от аутистов или аллергиков. Такого ребёнка сложно отдать в 1-й класс, потому что там специального присмотра тоже не будет, а 6−7 летний малыш ещё не может правильно посчитать еду и дозу инсулина. И ещё огромное количество проблем сваливается на семью, в которую пришёл сахарный диабет 1 типа.
Наверное, многим доводилось слышать о том, как людей с безнадёжными формами инвалидности (например, без рук или ног) издевательски заставляют ежегодно проходить медкомиссию для продления инвалидности. А то ведь вдруг у них за год выросла новая конечность. Примерно то же самое происходит с диабетиками: по достижении 18-летнего возраста большинству юных диабетиков снимают инвалидность (как будто у них тоже к этому возрасту вырастает новая поджелудочная железа), и они сразу лишаются большей части обеспечения. И если до совершеннолетия он получал пусть не всё положенное по закону, но хотя бы значительную часть, то после снятия инвалидности от обеспечения остаются жалкие крохи.
А самое ужасное в том, что, если до совершеннолетия родителям удаётся довести ребёнка почти без осложнений (благодаря обеспечению по инвалидности), то после снятия статуса качество компенсации диабета резко снижается, и осложнения накатывают, как снежный ком. И уже к 25—30 годам диабетик может стать глубоким инвалидом.
В 2022 году на уровне правительства Нижегородской области было, наконец, принято важное решение — начать обеспечивать детей с диагнозом «сахарный диабет 1 типа» системами непрерывного мониторинга глюкозы. Это гаджет, который был изобретён буквально несколько лет назад и сразу вывел возможности компенсации диабета на новый уровень. Хотелось бы, чтобы также были решены вопросы обеспечения маленьких диабетиков детскими садами и продления им инвалидности после 18 лет.
