Проблему дефицита учителей можно решить только повышением заработной платы или подъемом статуса учителя

18 марта 2004 года, 17:46

Сергей Васильевич, что предпринимает областное министерство образования и науки, чтобы сохранить сельскую школу?

Есть федеральная программа «Реструктуризация сельских школ». В Нижегородской области был предложен свой вариант исполнения данной программы: не сокращать малокомплектные школы, хотя это не выгодно с экономической точки зрения. С другой стороны, если школа уходит из села — село гибнет. Мы предложили свой вариант, 10 лет развивается система: школа — комплекс. Открываются такие комплексы как школа — детский сад, школа и библиотека, дом пионеров и другие социальные объекты. Таким образом, мы избегаем повышения количества затрат и сохраняем школу на селе. Уровень качества образования в таких школах значительно ниже, необходимо выравнивать качество образования: создавать на селе школы профильные, отделив старшую профильную школу от общеобразовательной. Система создания таких профильных центров уже есть. По примеру Центра одаренных детей нужно делать подобные интернатные учреждения, чтобы подготовка детей была более качественной. Многие негативно относятся к слову «интернат», но я считаю, что если мы создадим нормальные условия для подготовки детей, эти центры дадут результат.

Опять же, если говорить о кадровой проблеме, во все сельские школы мы не можем дать квалифицированных специалистов, а школы — интернаты мы могли бы ими обеспечить. В этом случае сельский ребенок будет конкурентоспособным для поступления в ВУЗЫ.

Мы сохраним малокомплектную начальную школу, а профильная школа будет создана на базе 10 класса, где профильная подготовка для поступления в ВУЗ будет проводиться на селе. Я убежден, что в Нижнем Новгороде мы уже имеем профильные школы, но в таких школах фактически нет начальной школы, там введено жесткое опережающее обучение. Нужно отделять начальную школу от профильной школы и жестко запрещать опережающее обучение.

Одна из примет современной российской действительности — социальное сиротство. Расскажите, как в области решается эта сложная проблема?

Есть несколько вариантов в Нижегородской области, как разрешить эту проблему. За детьми, которые приезжают из других районов в интернаты, по закону закреплено жилье там, где он родился. Многие дети не могут адаптироваться, т. к. росли и воспитывались не у себя на Родине.

Было принято решение создать детский дом в каждом районе. Теперь детские дома есть в 54 районах области, чтобы ребенок жил и воспитывался там, где родился. Вообще, детских домов в России быть не должно, у ребенка должна быть семья. Мы развиваем такие формы как раннее усыновление, уже затем идет передача в банк данных информации о детях, которые могут быть усыновлены в других регионах России или за границей.

Российские граждане забирают 50% детей, за границу уезжает также 50% детей. Иностранцы в 90% случаев стараются забрать детей с какими — либо патологиями, чаще всего в возрасте более 8—12 лет. Российские граждане взрослых детей обычно не усыновляют.

Наша задача — создать возможность четкой проверки родителей, эта система четко отслеживается. Усыновителей заставляем приезжать несколько раз, чтобы больше узнать о будущих родителях. Кроме того, дети отдаются под опеку. На сегодняшний день в области 4,5 тыс. детей находятся под опекой, существуют приемные семьи, которые не хотят оформлять усыновление детей, но хотят их воспитывать детей. Мы используем все возможные формы, чтоб ребенка быстрее отдать в семью. Система детских домов пагубна, она ведет за собой иждивенчество, несамостоятельность. На сегодняшний день, к сожалению, нельзя обойтись без детских домов, т. к. есть родители, которые не исполняют свой родительский долг.

Государство и общество вкладывает очень многое в детские дома, но с точки зрения педагогики это не верно. Сейчас содержание детских домов увеличилось, у детей нет проблем ни с питанием, ни с одеждой, техника в детских домах такая, что не каждая обычная семья может себе это позволить. После выхода из детского дома воспитанники также находятся под наблюдением, государство продолжает о них заботиться. В этом году впервые губернатором области была разработана программа, по которой 154 ребенка получили свои квартиры.

Сергей Васильевич, насколько системно в области ведется работа с одаренными детьми?

Программа «Одаренные дети» работает в области более 10 лет. Средства на реализацию этой программы закладываются в областном бюджете. По системе работы с одаренными детьми мы занимаем 2 место по России после Санкт-Петербурга, даже Москва за нами. Одаренные дети это не только те, кто занимается математикой, физикой, литературой, но и те, кто занимается общественной работой, хорошо танцует, поет. Каждая школа работает с такими детьми по своей программе, но в лагере подготовки одаренных детей «Лазурный» они могут пообщаться, перенять что — то друг у друга.

Кроме того, мы активно работаем с молодыми учеными, стимулируем их на более активную работу. Очень большая сумма закладывается в бюджет области для стимуляции талантливых ребят, существует программа поддержки одаренных студентов, стипендиальный фонд выделяется губернатором.

В реализации каких областных и федеральных программах участвует министерство?

Мы не участвуем только в программе «Единый государственный экзамен». Принимаем участие мы в таких программах как «Реструктуризация сельских школ», «Школьный автобус», «Лучшая школа России» и мн. др.

Скажите пожалуйста, как министерство образования решает проблему дефицита учителей в районах области?

Проблему дефицита учителей можно решить только повышением заработной платы или подъемом статуса учителя. Необходимо сделать учителя государственным служащим, это снимет с него многие проблемы. Учитель уже выполняет государственную задачу, его каждые 5 лет аттестуют, он повышает свою квалификацию. Если государство хочет иметь идеологию, то воспитать ее кроме учителя некому. Сегодня некоторые вещи уже решились, вышел закон о переведении школы из муниципального статуса в государственный, осталось только еще сделать учителей государственными служащими.

Кроме того, мы имеем программу педагогические кадры с НГПУ, Арзамасским педагогическим институтом. Из НГПУ только 64% возвращается на село, из Арзамаса — более 96%.

Сергей Васильевич, а в каком формате в школах предполагается изучать религиоведение?

Этот предмет должен вводиться факультативно. Он нужен для более правильной системы воспитания детей. Сегодня более 10 тыс. детей кончают жизнь суицидом, это происходит от бездуховности. Нет ничего плохого в том, если ребенок придет к Богу. Рассказать об этих религиях школа должна, но не должно быть главенства какой — либо отдельной религии. Предмет основы культуры и религии должен появиться в школах, но его должен преподавать учитель, но ни в коем случае не священник. Священника, муллу или представителя другой религии можно пригласить на урок, но не более того. За счет этого предмета может возродиться идеология, нужно изучать культуру религии России.

Вопросам пожарной безопасности образовательных учреждений в последнее время стали уделять особое внимание. Что делается в нашем регионе, чтобы не допустить трагедий в учебных заведениях?

В областном бюджете на 2004 год на противопожарные мероприятия в учебных заведениях заложено 100 млн. рублей. Мы понимаем всю ответственность за безопасность образовательных учреждений, таких средств как в этом году, на противопожарные мероприятия не выделялось еще никогда. В первую очередь заложенные средства планируется потратить на самое дорогое — установку пожарной сигнализации, систему оповещения и др.

В 2003 году на противопожарные мероприятия было затрачено 68 млн. рублей из областного и муниципального бюджета. За это время сделано уже очень многое.

Каковы перспективы введения единого государственного экзамена в Нижегородской области?

Мы будем вводить единый государственный экзамен (ЕГЭ) на территории области только в том случае, если на него перейдет вся страна. Мы сомневаемся в правильности этой системы. ЕГЭ — это тесты. По тестам невозможно определить глубину знаний человека. Уже проводился подобный эксперимент, когда посадили писать один и тот же тест девочку — отличницу и троечника. Так девочка написала этот тест на 2, а троечник на 5. Когда потом стали спрашивать их устно, сразу стало понятно, какой у них уровень знаний. Система ЕГЭ разрушает образовательную среду, непонятно, кто нужен ВУЗу: действительно способный студент или студент, который умеет писать тесты. Сегодня запад отказался от этой системы, он обратно переходит на сдачу вступительных экзаменов. С точки зрения подходов, ЕГЭ — это неправильно, т. к. школу начинают оценивать по тесту, учителя подстраиваются под это, начинают натаскивать детей на тесты, в результате чего происходит сужение подачи знаний детям.